Игорь Юрьевич Кобзев
Философские эссе для всех, кто разочарован в современном образовании
www.kobzev.net 

Меню

На начало
Об авторе
Книга
Романы
Сценарии
Статьи
Галерея
Видеолекция
 
Статьи
Количество статьи: 295
Статьи за 24 часа: 1
[ Все статьи | Поиск | Top 10 | Категории ]

Смиренная гордыня


„Ты сам свой высший суд“
(А.С. Пушкин „Поэту“)



    Дмитрий Быков недавно прочитал лекцию о фаустианстве в литературе. Вот некоторые его утверждения: Фауст возник в постхристианском мире. Фауст – антихристианин. Бог оставил человека дьяволу, а дьявол его обманул – в этом суть фаустовской проблемы. Что сейчас осталось человеку, которого Бог оставил, а дьявол обманул? - Быков не знает ответа на этот вопрос. А мы попытаемся на него ответить.
    Зачем человек обращается к Богу и к дьяволу? - за помощью. Художник, ученый жаждет совершенства или истины и обращается за помощью к дьяволу. Вот суть фаустианства. Но в этом заключается неразрешимое противоречие: свое собственное совершенство человек выпрашивает у другого, кто бы он ни был. Нельзя свое выпросить у другого  - здесь помощь невозможна. Свое можно найти только в себе самом. Поэтому не жалуйся что тебя обманули, когда тебе не дали обещанного совершенства или истины, – тебя не могли не обмануть, потому что то, чего ты просишь, просто невоможно. Обманутые дьяволом в ХХ веке сформулировали знаменитую триаду: „Не верь, не надейся, не проси“ - это мудрость практической жизни в аду. А что же делать? „Делай что должно и будь что будет“, - вот способ жизни человека, которому учит Христос. И это конечно же жизнь маргинала. Христос, как и любой другой трикстер, – маргинал, но Его маргинальность находит отклик в душе каждого человека, и она превращается в мейнстрим, становится христианством. В мейнстриме появляется Фауст, который ищет совершенства в этом мейнстриме, – Великий Инквизитор у Достоевского (или Иван Карамазов, как его автор). Фауст – это маргинал, который жаждет быть вождем мейнстрима. Для этого нужно стать профессионалом этого мейнстрима и отринуть мешающиеся под ногами нравственные условности, то есть заключить договор со злом, в частности - с властной элитой.
    Вся история ХХ века это история великих мейнстримов и тех деятелей культуры, которые пытались в них удержаться, - то есть история фаустов. Она закончилась вырождением как мейнстримов, так и фаустианства. Мир распался на маргинальные локусы, в каждом из которых Фауст оказался Гамлетом (эта параллель принадлежит Луначарскому) или в пределе Сократом: „Я знаю, что ничего не знаю“. Это и есть „обнуление фаустианства“, о котором говорит Быков. Что должен делать человек в такой ситуации? - жить так, как будто он и есть новый мейнстрим. Как жил Сократ, как жил Христос. Примерно так произошло с романом Водолазкина „Лавр“. Он рассказывал, как его друг заверял его, что этот роман не может получить премию „Большая книга“, потому что не находится в литературном мейнстриме. Когда же его роман все-таки получил эту премию, приятель сказал, что просто поменялся мейнстрим.
    Меняется ли мейнстрим человеческого существования в наше время? „Грядет ли после гибели фаустинаства новое христианство“? - задает вопрос Дмитрий Быков. - Это вообще не вопрос для Христа, как и не вопрос для Сократа именно потому, что фаустианство окончилось. Отказ от фаустианства – это смирение со своей человеческой судьбой и своей человеческой природой, которая после Христа изменилась радикально: он не попрошайка у Бога или дьявола – он сам „бог по благодати“.  И история Христа состоит не в том, как Бог оставил человека, а в том как Он стал человеком! Микеланджело достиг совершенства не потому что выпросил у дьявола это совершенство, а потому что он непрерывно трудился и в творчестве своем старался превзойти самого себя: это гордыня по отношению к самому себе, но это же и смирение. Именно об этом говорил еще Пушкин:
„Ты царь: живи один. Дорогою свободной
Иди, куда влечет тебя свободный ум,
Усовершенствуя плоды любимых дум,
...Ты сам свой высший суд;
Всех строже оценить умеешь ты свой труд“
Путь человека пролегает по пути, на котором гордыня неотличима от смирения. Это путь Сократа. Это путь Христа. И этот путь не завистит от того, какое нынче „у нас тысячелетие на дворе“.



Дата: 18.05.2019, Просмотров: 277


Articles © ZiZ
phpMew © ZiZ 2004