Игорь Юрьевич Кобзев
Философские эссе для всех, кто разочарован в современном образовании
www.kobzev.net 

Меню

На начало
Об авторе
Книга
Романы
Сценарии
Статьи
Галерея
Видеолекция
 
Статьи
Количество статьи: 288
Статьи за 24 часа: 0
[ Все статьи | Поиск | Top 10 | Категории ]

С краю цивилизации


„И не надо мне прав человека,
Я давно уже не человек.“
(Владимир Соколов)



1


    Слабое место всех гуманитариев – представления о природе человека. Гуманитарные представления о человеке не могут, например, объяснить широкое распространение канибализма в истории человечества. Потому что человек – это прежде всего биологическое существо и природа у него животная. И мотивы его поведения тоже животные. И чтобы заглушить эти животные этологические программы, человеческому сообществу необходимо навязать какое-то „общее дело“, которое станет новым, уже человеческим смыслом его существования. Таким „общим делом“ стало строительсво мегалитических сооружений племенами охотников и собирателей двенадцать тысяч лет назад в Гебекли-Тепе. Таким „общим делом“ было строительство пирамид в Египте. Это не египтяне создали пиамиды, а пирамиды создали египтян: для возведения пирамид и было создано государство, наука, искусство, весь уклад цивилизованой жизни этого народа – сам народ был создан в ходе строительства пирамид. Потому что в допирамидную эпоху это был не народ, а отдельные роды и племена, воевавшие друг с другом за пищу и женщин. То есть живших по животным этологическим программам.  
    Но что такое пирамида? Это не груда камней, а механизм для обеспечения бессмертия фараона – для того, чтобы фараон мог стать богом. Как тут не вспомнить философию „общего дела“ Николая Федорова, который призывал человечество объединиться вокруг работы по воскрешению отцов. Это такое же строительство некой „виртуальной пирамиды“, в ходе которого должно сложиться новое человечество, как некогда сложился народ древнего Египта. Пирамида – это внешняя форма, а внутреннее содержание – создание Бога. Как на долларовой купюре изображена пирамида, а словами написано: „На Бога уповаем“. Долларовая пирамида – это единственная „пирамида“ в истории, реально объединившая человечество в глобальную цивилизацию – „глобальный человейник“, как назвал ее Александр Зиновьев.
    Но ушло ли человечество в своем „пирамидостроительстве“ от животных программ поведения? Нет, не ушло. Потому что строительство пирамиды так же точно объединяет людей в единый организм народа или человечества, как создание плодового тела миксомицета объединяет отдельно живущих амеб. Амебы движутся в направлении градиента циклического аденозинмонофосфата (ц-АМФ), который начинает вырабатывать самая „продвинутая“ амеба. При этом сами движущиеся амебы становятся вторичными источниками ц-АМФ, привлекающего все новые и новые амебы. Ничего не напоминает? - Да это же описание функционирования любой финансовой пирамиды! В ней деньги новых участников движутся от периферии (или основания) пирамиды к ее центру (или вершине), в котором находится ее организатор. Это он эмитирует человеческий „ц-АМФ“ - акции какого-нибудь „МММ“, которые заманивают простаков стать частью этой пирамиды. Во всех цивилизованных странах создание финансовых пирамид считается преступлением – мошенничеством. Но есть одна такая пирамида, которая легально существует в этом мире и вокруг которой только и может существовать современная цивилизация. Это долларовая пирамида современного капитализма.
    Капитализм – это принципиально иерархическая система со своим центром (вершиной) и периферией (основанием). В этой системе капитал движется от периферии к центру и поэтому периферия обречена на хроническую бедность. Это показал в своих исследованиях американский социолог Иммануил Валлерстайн. Он назвал такую организацию современного мира „мир-системой“. Причем „мир-система“ вовсе не заинтересована в том, чтобы развивать именно капитализм на периферии мира – она заинтересована только в том, чтобы был обеспечен отток капитала из этой периферии в центр. И если этот отток обеспечивают докапиталистические способы производства – рабовладение и феодализм, то „мир-система“ капитализма будет насаждать на периферии именно их. Именно поэтому, например, в ХIХ веке докапиталистических укладов в мире было больше, чем в ХVI веке. Деньги, выкачанные из рабов Северной Америки и крепостных Южной Америки и России, использовались для свободного наемного труда в Европе – тогдашнем центре „мир-системы“ капитализма. Сегодня „мир-система“ устроена таким образом, что на периферии мира производится все материальное богатство этого мира, которым пользуется прежде всего его центр, именуемый „золотым миллиардом“. Золотой миллиард занимается „информационной экономикой“, то есть организованным бездельем, за которое платится деньгами, выкачанными с периферии мира. Смысл этого безделья состоит в поддержании лояльности к существующей пирамиде „мир-системы“. Все эти „права человека“, „политкорректности“, „толерантности“, „мультикультурализмы“ продуцируемые в „центре“ капитализма  представляют собой формы этой лояльности. А на вершине этой пирамиды находится тот, кто печатает доллары, которые наполняют реальным содержанием трудящиеся периферии мира. Это те, кто создал пирамиду, изображенную на долларе. Те, кто подобно Великому Инквизитору из романа Достоевского принял на себя это служение „из любви к людям“, которые „малосильны, порочны, ничтожны и бунтовщики“. Великий Инквизитор понял животную природу человека, который „слаб и подл“. Он понял, что „свобода приведет людей к взаимному истреблению и антропофагии“ согласно их животной программе. Поэтому им нужно навязать „общее дело“, которое отвлечет их от этой программы: „Да, мы заставим их работать, но в свободные от труда часы, мы устроим им жизнь, как детскую игру с детскими песнями, хором, с невинными плясками. О, мы разрешим им и грех... И все будут счастливы, все миллионы существ, кроме сотни тысяч управляющих ими…“ Вот „золотой миллиард“ и занимается „детской игрой“ в „общечеловеческие ценности“ и „невинными плясками“ „полисексуального мультикультурализма“ (В. Пелевин). А „слуги народа“ на вершине пирамиды, с печалью носителей истины, следят, чтобы все обитатели человейника пели хором.
    В ХХ веке была попытка создать другую пирамиду, независимую от пирамиды капитализма. Это было „общее дело“ строительства коммунизма. Но она не удалась: уже в 1969 году Валлерстайн предсказал близкий поворот советской элиты к „мир-системе“ капитализма, периферией которой все время оставался Советский Союз. Когда Советская пирамида рухнула, в очередной раз стало ясно, что на смену ей сразу приходит хаос родоплеменных конфликтов – включается животная программа выживания человеческих коллективов: к войне всех против всех в девяностые годы лучше всех были приспособлены сообщества с развитыми родоплеменными отношениями, как например на Кавказе. А жертвами этой эпохи в первую очередь стали высоколобые очкарики, которых терпела пирамида, но которым нет места в родоплеменном сообществе. Носители культуры могут существовать только внутри „пирамиды цивилизации“ - „благородные дикари“, о которых мечтал Руссо и его последователи, быстро истребляют образованный слой населения. Потому что носители культуры бесполезны для жизни рода и племени. Но и для цивилизации они не вполне свои. Общее у цивилизации и дикости состоит в том, что они используют мозг человека в качестве органа выживания. А культура использует мозг человека в качестве органа созерцания и мышления. Побочным продуктом этого мышления оказываются технические блага цивилизации, за что она и допускает существование этих маргиналов в теле своей пирамиды. Но сам человек культуры не чувсвтует себя частью пирамиды – он неизбежно изгой и „внутренний эмигрант“ ее организации.


2


    Но что такое человек, который фигурирует в Антропном принципе современной физики? Это человек цивилизации или человек культуры? Ради кого был создан Космос и Природа? Это „выживатель“ или „созерцатель“? По-моему ответ очевиден: это носитель разума в Космосе, то есть мыслитель и созерцатель. Он не может быть частью ни „общего дела“ цивилизации, ни „естественной жизни“ дикаря. Человек, ради которого сотворен Космос, это побочный продукт человейника цивилизации. Человек существует только в культуре, которая  оказывается „пикником на обочине“ „общего дела“ человеческой цивилизации. К этому „общему делу“ человек культуры должен относиться согласно известной формуле советских зеков: „Не верь, не надейся, не проси“. И по возможности не участвуй в нем, потому что у тебя свое „общее дело“, которое завещал просвещенному человечеству Платон, – созерцание мира идей.
    Люди размножаются как животные, поэтому над их поведением доминируют интересы генов, передаваемых от поколения к поколению. Это поведение объединяет их либо в роды и племена, либо в человейник цивилизации. Но люди культуры размножаются идеями, которые они передают из поколения в поколение (как говорил Бердяев о бездетных супругах Мережковских: „Они размножаются спорами“). И если цель животной жизни людей состоит в передаче генов потомкам, то цель культурной жизни людей заключается в передаче мемов, причем „потомки“ при этом часто принадлежат тому же самому биологическому поколению, что и „предки“. Движение мемов в человеческом сообществе очень напоминает организацию финансовой пирамиды: здесь каждый носитель идеи может стать источником ее распространения среди своего  локального окружения. По этому принципу была, например, организована Ланкастерская система обучения, когда старшие ученики обучали младших. Культура образует внутри пирамиды цивилизации свою пирамиду, „прорастая“ сквозь нее своими собственными связями, которые для пирамиды цивилизации просто не существуют. Это подобно тому, как два родственных биологических вида бабочек сосуществуют в одном биотопе – в одном ущелье, но одни кормятся ночью, а другие – днем. Они не встречаются и поэтому между собой не скрещиваются. Два вида людей тоже между собой не скрещиваются, потому что обитают в разных „биотопах“: одни в обществе, другие – в мире идей.
    У носителей культуры невольно возникает соблазн преобразовать пирамиду цивилизации в пирамиду культуры. Это сделал уже Платон в своем „Государстве“, поставив на вершине пирамиды философов. Но его собственный опыт внедрения этой модели в жизнь в Сиракузах окончился крахом. Кто бы ни оказался на вершине пирамиды, он обречен выполнять предназначение цивилизации, а не предназначение культуры. Философ на этом посту обречен быть администратором или финансистом, и неизбежно перестает быть философом. Он как бы превращается в другой вид человека. Все утопии, когда-либо созданные человечеством, повторяют опыт Платона: они возводят на вершину общества мыслителей, но когда утопия осуществляется в реальности, мыслители превращаются в администраторов и финансистов. История СССР прекрасно иллюстрирует эту закономерность.
    Но советский опыт продемонстрировал и другую закономерность: несостоявшаяся социальная утопия породила состоявшуюся педагогическую утопию. Я имею в виду физматшколы Колмогорова, опыт которых теоретически обобщен в повести Стругацких „Гадкие лебеди“. Советские писатели-фантасты, исследовавшие в своих романах коммунизм, быстро пришли к пониманию того, что единственно возможная пирамида нового человека культуры – это педагогическая пирамида. Сейчас эту точку зрения проводит в жизнь Дмитрий Быков. Но идея эта впервые показана в „Игре в бисер“ Германа Гессе. Гессе ясно увидел единственный способ прорастания культуры в тело цивилизации – через педагогику. Если животный человек рождается как любое другое животное, то культурный человек рождается педагогически. И если сеть педагогики в достаточной мере пронижет тело пирамиды цивилизации, тогда внутри этой сети сможет образоваться своя собственная вершина – Касталия, в которой самые продвинутые мыслители и созерцатели смогут начать свою „игру в бисер“. „Игра в бисер“ - это условное название для „общего дела“ (по-гречески общее дело – это литургия) разгадывания смысла существования Вселенной, Бога и Человека...    



Дата: 17.02.2020, Просмотров: 91


Articles © ZiZ
phpMew © ZiZ 2004