Игорь Юрьевич Кобзев
Философские эссе для всех, кто разочарован в современном образовании
www.kobzev.net 

Меню

На начало
Об авторе
Книга
Романы
Сценарии
Статьи
Галерея
Видеолекция
 
Статьи
Количество статьи: 297
Статьи за 24 часа: 0
[ Все статьи | Поиск | Top 10 | Категории ]

Иллюзия случайности


„Случайность  - есть еще непознанная закономерность“
(Гегель)



    В самом деле иллюзия? - В виртуальном мире конечно иллюзия. В мире, где все происходящее определяется программой, нет места случайности. Даже когда компьютер генерирует случайные числа, он на самом деле выписывает закономерную последовательность десятичных знаков какого-нибудь трансцендентного числа вроде „пи“ или „е“. По своим статистическим свойствам эта последовательность практически не отличается от случайной, но все-таки она не случайна. Она случайна для наблюдателя, который не знает алгоритма ее генерации. Для описания такой последовательности наблюдатель вынужден следить за множеством составляющих ее чисел в течение какого-то длительного времени и фиксировать частоты встречаемости отдельных чисел. В результате наблюдения он может построить некоторую функцию распределения этих частот. И эта функция распределения будет являться для него „теорией“ этого процесса.
    И одновременно эта функция распределения будет задавать „форму времени“, которую выявил данный случайный процесс. Потому что у неслучайных процессов вообще нет времени, а есть только последовательность состояний, которую можно „прокрутить“ как в прямом, так и в обратном направлении. И хотя эту последовательность в механике называют „временем“, но она не имеет ничего общего с физическим необратимым временем термодинамики. Недаром первое отождествляют с координатой подобной координате пространства. Со вторым это сделать невозможно, потому что это время нельзя отделить от внутренней жизни существ и веществ и сделать свойством вмещающего их пространства. Последовательность состояний неслучайных процессов делает возможным воспроизведение их на машине Тьюринга, то есть делает их виртуальными – продуктами работы некоторой программы. Случайные процессы не поддаются такому моделированию, для их описания больше подходит реальный мир привычной физики.
    Отсутствие времени у неслучайных процессов следует из третьего начала термодинамики: при температуре равной абсолютному нулю энтропия равна нулю. Поскольку температура характеризуется шириной функции распределения, то равная нулю температура принадлежит распределению типа дельта-функции Дирака – это когда величина всюду, кроме одной точки равна нулю, а в этой точке она равна бесконечности. Ширина линии, которой изображается эта функция, естественно также равна нулю. Илья Пригожин показал, что оператор энтропии эквивалентен опрератору термодинамического времени. Поэтому такие системы лишены времени. К ним относятся все чисто механические системы. Они могут существовать и при нормальных температурах окружающего нас мира, важно лишь, чтобы функция распределения их состояний была дельта-функцией. А это так и есть для детерминированных динамических систем вроде системы биллиардных шаров на столе. В динамике таких систем нет случайности. Поэтому их поведение можно воспроизвести в компьютерной программе.
    Нет случайности и в магическом мире Карлоса Кастанеды – все, что кажется случайностью в обыденном мире, на самом деле имеет строго детерминированную причину, которую может заметить только маг. Поэтому можно сказать, что в магическом мире тоже нет термодинамического времени – все, что в обыденном мире выглядит как чудо, нарушает второе начало термодинамики и связанное с ним время. Чем отличается магический мир от обыденного? Согласно Кастанеде отличие связано только с позицией наблюдателя. Изменение способа наблюдения Кастанеда называет „сдвигом точки сборки“. Мир Кастанеды неоднороден и неизотропен. Он предстает перед нами как набор „линий мира“, которые связывает между собой только позиция наблюдателя – „точка сборки“. Если „смещение точки сборки“ будет означать еще и изменение количества „линий мира“, удерживаемых одномоментно вниманием наблюдателя, то можно увидеть соответствие этой картины мира физической картине мира. Маг, удерживающий свое внимание на одной единственной „линии мира“, должен существовать вне времени, вне случайности, в чисто детерминированном мире. В мире, который может быть воспроизведен в компьютерной программе, то есть в управляемом виртуальном мире. Это и есть мир магии. Напротив, внимание обычного человека „рассеяно“ на „пучке линий мира“, поэтому он обречен видеть одновременно множество происходящих процессов, которые он описывает как случайные. Для этого описания ему необходимы и энтропия и время. Это мир физики.
    Такой мир возникает, например, при наблюдении молекул газа в сосуде. Наблюдатель долгое время фиксирует молекулы, движущиеся с различной скоростью, строит график зависимости количества молекул от их скорости и получает функцию распределения Максвелла – кривую Гаусса. Эта кривая является визитной карточкой всех случайных процессов в физике. Можно сказать, что эта кривая описывает форму времени этих процессов. Кривая Гаусса – это „оплывшая от тепла“ дельта-функция Дирака: единственная линия дельта-функции превратилась в медиану функции Гаусса. Превратить функцию Гаусса обратно в дельта-функцию в физике может тоже только „маг“, которого зовут „демон Максвелла“. Его внимание направлено только на молекулы одной выделенной скорости, которые он отделяет от остальных молекул и таким образом создает механическую систему, способную совершить механическую же работу. Демоном Максвелла является, например, паровая машина, превращающая термодинамику пара в механику движения поршня, которое можно описать алгоритмически в виде компьютерной программы. То есть демон Максвелла превращает реальный мир в виртуальный. Поэтому техника – это разновидность магии.
    Магическая ткань окружающего мира проступает тогда, когда в случайных процессах вдруг обнаруживаются неслучайные, поддающиеся алгоритмическому описанию закономерности. Это происходит когда в нормальном Гауссовом распределении случайных величин обнаруживаются выделенные пики, заставляющие вспомнить о „погребенных в хаосе случайности“ дельта-функциях Дирака. В книге С.Э. Шноля „Космофизические факторы в случайных процессах“ (2009 год) приведено множество примеров таких распределений в казалось бы чисто случайном процессе радиоактивного распада вещества. Шноль обнаружил  „пики и впадины“ в распределении случайных моментов вылета альфа частиц. Это свидетельствовало о „неслучайном характере распределения амплитуд флуктуаций“. Такие же закономерности он обнаружил и в других „случайных“ процессах – химических, физических и биологических. На основании этих наблюдений Шноль сделал вывод, что форма наблюдаемых распределений не зависит от природы процесса. Эти формы являются характеристиками разных областей пространства-времени, в котором взаимодействует наблюдатель и наблюдаемый процесс. В результате такого взаимодействия „мы видим тонкую структуру окружающего пространства. Оно оказывается неоднородным и неизотропным – неодинаковым по разным направлениям“. По-существу, Шнолю удалось в его опытах выделить те отдельные „линии мира“, о которых писал Кастанеда, и увидеть алгоритмически закономерные состояния в кажущихся случайными процессах. Или, выражаясь иначе, увидеть виртуальный мир в мире реальном. При этом время, описываемое распределением Гаусса, практически исчезло, распалось на ряд последоватеьностей состояний, которые могут быть воспроизведены в виде алгоритма компьютерной программы.  В результате экспериментов Шноля мир предстал перед нами не случайным, но управляемым.
    Любопытно, что в этих опытах также не обошлось без своего „демона Максвелла“. Его роль выполняла трубка-коллиматор, направленная в выбранном направлении от радиоактивного образца. Когда фиксировались только те альфа-частицы, которые вылетали через эту трубку, получалась многопиковая функция распределения, отличающаяся от функции распределения Гаусса. То есть случайность выявляла скрытую в ней закономерность. Обнаруженные при помощи коллиматора „спектры неслучайности“ оказались разными в различных направлениях. То есть пространство-время вокруг образца представляло собой подобие ежа с неизотропными „колючками“. Сам же образец играл роль „точки сборки“ этих „колючек“-направлений. Демон Максвелла снова выявил мир магии сквозь покров привычной случайности.
    Своими опытами Шноль вернул обоснованность древним астрологическим представлениям о детерминированности судьбы человека характером неоднородности пространства-времени в момент его рождения. Эта судьба сокрыта в хаосе случайных событий его жизни. Но есть такой способ наблюдения этих событий, который выявляет скрытый рисунок судьбы. И тут опять не обходится без „демона Максвелла“, которого древние орфики, не зная еще о Максвелле, называли просто „личным демоном“. Согласно их учению, которого придерживался и Сократ, каждому человеку присущ свой демон, который ведет человека по жизни, подсказывая и предостерегая в сложных ситуациях кажущейся случайности. Демон орфиков и Сократа – это та программа, которая управляет нашей индивидуальной жизнью в этом виртуальном мире.



Дата: 13.05.2020, Просмотров: 115


Articles © ZiZ
phpMew © ZiZ 2004